ЕСТЬ ЛИ ВЛАСТЬ В ДЕРЕВНЕ?

Печать

Опубликовано 20.10.2016 08:42 , Автор: А.В. Болдырев Категория: Организация Села и сельского производства

Вопрос, вынесенный в заголовок, может показаться риторическим. Конечно есть! У нас в стране власть есть везде. Согласен, теоретически это так. А практически?
А практически деревня организована следующим образом. Есть сельское поселение, в которое входит несколько деревень и поселков. Причем расстояния до отдельных деревень от центра поселения частенько измеряется десятками километров. Как власть присутствует в этих деревнях? Обычно это выглядит в виде объезда главой поселения вверенных ему деревень по какому-то графику, там, где мне доводилось бывать и какое-то время жить – это раз в неделю. Глава приезжает, проезжает по главной улице, с кем-то встречается, уезжает. Реально он выезжает не каждую неделю. Любой управленец подтвердит, что случается масса чрезвычайных, но высокоприоритетных событий, которые вносят существенные коррективы в планы, начиная от срочных вызовов в районы и заканчивая стихийными и нестихийными событиями, вроде оборванных ветром проводов или порыва сети водоснабжения. Не будем забывать и о весенней распутице или снежных заносах на дороге.
А вопросов масса. Здесь и колдобины на дорогах, и ремонт местной школы или библиотеки, и разного рода конфликты между жителями. И эти вопросы фактически пущены на самотек. Даже при регулярных выездах такого присутствия главы в деревне крайне мало. А деревня, как и любое хозяйство, требует постоянного хозяйского глаза. Нет ничего удивительного, что без хозяйского пригляда деревни приходят в упадок. Возьмем конкретный пример, который я наблюдал лично. На не самой главной улице подгнил деревянный фонарный столб, по которому, к тому же тянулась линия электропередач[1]. Понятно, что глава во свои кратковременные выезды его не видел. Жителям деревни было недосуг. Оно и понятно. Это же не их лично столб[2]. И только когда столб наклонился настолько, что начал угрожать ближайшему забору, хозяин забора засуетился. Сначала подпер столб, потом добился, чтобы его заменили. И это хорошо, что рядом оказался жилой участок, у которого есть хозяин. Столб, в конце концов, упал бы, и улица осталась без света. Интересен еще один момент. Электрическое хозяйство – дело крайне деликатное. Замена столбов сопрягается с отключением напряжения и выполняется специализированным персоналом. Так что вопрос решался не просто на уровне «выкопал – закопал новый».
Есть еще один аспект – криминальный. В 1990-е годы мне довелось побывать в одной относительно отдаленной деревеньке, где мне показали беглого заключенного, который совершенно открыто шел по улице и нес в руках бутылку только что приобретенной с рук водки. Я спросил:
- А что, милиции не боится?
- У нас на восемь деревень один участковый и тот за 20 километров.
- А что, позвонить ни кто не сообразит?
- Как позвонить? В деревне один «автомат» и тот сломан уже который год. (Напомню, речь идет о 90-х, когда сотовые телефоны были скорее роскошью, а не средством связи.) Да и кто звонить будет? Он же себя тихо ведет, пьет себе, соседей не трогает. Опять же связываться не резон. Ну, заберут его, он опять вернется. А там или дом подпалит или еще чего похуже сделает. Ему терять особо нечего.
Это было, в общем, в не самой труднодоступной деревне Челябинской области, куда мы с товарищем в декабре без особых проблем за полтора часа доехали из Миасса на 412-м «Москвиче». Что же говорить об удаленных деревнях и поселках?
Мелкое хулиганство, как правило пресекается самими жителями, но бывают случаи, когда особо «оборзевшие» задают вполне резонный вопрос: «Ты кто такой? Тебе что, больше всех надо? Иди к себе во двор, там командуй, сколько влезет!»
Что делать? Как обеспечить реальное, а не номинальное присутствие власти на местах?
В дореволюционной России на селе существовали старосты, которые, не будучи государственными чиновниками, решали многие вопросы на месте. Насколько это возможно в настоящее время? В любом сообществе, в том числе деревенском есть свои уважаемые люди, к которым прислушиваются. Это, например, местные предприниматели, активные ветераны, директора школ. Что, если из их числа выбирать, условно говоря, старост? (О конкретном названии этой должности можно поговорить отдельно). Они и станут смотреть за деревней. А когда в деревне появится реальный порядок, станет понятно, что деревня под присмотром, то и местная шпана попритихнет.
Далее встает вопрос, а ради чего этим людям брать на себя дополнительные обязательства? Возможно, какое-то материальное поощрение. Для, например, директора сельской школы прибавка в несколько тысяч рублей в месяц станет существенным подспорьем. Да, для этого потребуются финансовые ресурсы, которых никогда нет. Но давайте сопоставим несколько тысяч рублей ежемесячно с потерями из-за упавшего столба, сломанной колонки. А еще давайте подумаем, сколько может стоить, например, вовремя разрешенный конфликт из-за перегороженного доступа к реке или самозахвата участка земли. Кроме того, есть и нефинансовые способы поощрения и преференции. Например, разрешение на дополнительный выруб леса. Даже сама возможность заходить в кабинет главы поселения в статусе старосты и наряду с общественными, без проволочек решать и свои собственные вопросы, станет для деревенского предпринимателя существенным легальным бонусом.

[1] Я знаю, что столбы, по которым протянуты провода, называются опорами. Но здесь речь идет о фонарном столбе.

[2] Точно не помню, на чьем балансе находятся фонарные столбы в деревнях. На балансе поселения или на балансе районных электрических сетей. Но точно не в личной собственности прилегающего хозяина участка.